Skip to content

Михаил Львович Бахтин

Апрель 5, 2015

Например, постановщик находит у Пушкина фразу юродивого из «Бориса Годунова»: «Нельзя молиться за царя Ирода, Богородица не велит». У постановщика не хватает знаний понять, что царь Ирод — убийца младенцев, и потому юродивый намекает царю Борису на убийство юного царевича Дмитрия.

Единственная активная ассоциация, возникающая у постановщика со словом «Богородица», — это слова из скандального панк-молебна. Поэтому единственно возможным лобовым решением становится натягивание балаклавы на голову несчастного юродивого.

Любая память об убитом маленьком царевиче, любые пушкинские мысли о муках совести и о покаянии царя Бориса при этом — стираются. Просто потому, что у постановщика не хватает творческой мощности понять Пушкина. В итоге режиссерские ходы предсказуемы, как ученические перлы в школьном сочинении.

А по-моему, это говорящая чурка забывает про сиротский закон как раз. А режиссер напоминает.
Оттуда же:

Хрестоматийные произведения школьной программы — такие как «Борис Годунов» — за десятилетия изучены учеными уровня Михаила Львовича Лотмана, переводчиками уровня Владимира Набокова — до запятой.

Кстати, говорящая чурка имеет красноречивую биографию и выразительную внешность.

Арсений Миронов еще в конце 90-х написал фэнтези с уклоном в христианство – «Древнерусская игра». Главные герои трилогии – студенты МГУ, в которых можно угадать Константина Малофеева и двух его друзей, говорит знакомый Малофеева.

Реклама
No comments yet

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: